Кисточка с кислотой: правдивая история о том, как подчиненные наказали вредного командира

© Sputnik / Табылды КадырбековАрхивное фото военнослужащих
Архивное фото военнослужащих  - Sputnik Казахстан, 1920, 28.08.2022
Подписаться на
НовостиTelegram
Эксклюзив
Когда я отдавал свой долг Родине в начале 70-х, был у нас в батальоне автовзвод. Ребята в нем подобрались нормальные, чего не скажешь об их командире

Провокатор

Те кто служил знают, как часто лычки на погонах влияют на поведение их обладателей. Вроде был как все - простой, доброжелательный парень. А получил звание сержанта - и не узнать человека. Ни весть откуда взялись высокомерие, заносчивость, пренебрежение к своим товарищам по службе.
Именно таким был командир автовзвода Николай Овсиенко. Он откровенно демонстрировал личному составу взвода свою власть. Тех кто ему не нравился, он постоянно ставил в наряды - то на пост, то на кухню. Некоторых чуть до слез не доводил.
Кроме того, он еще провоцировал ребят одного с ним года службы на выпивку, которая в армии категорически запрещена. "Годки", по наивности, соглашались, как же отказаться, если сам комвзвода предлагает!
Но когда все участники предстоящего тайного застолья собирались в гараже или в подсобке, их "накрывала" с поличным проверка в лице замполита с дежурным по части. Виновных наказывали: кого внеочередными нарядами, а кого и "губой", то есть, гауптвахтой.
Что интересно, самого Овсиенко в числе выявленных "выпивох" не обнаруживалось - он попросту не появлялся в назначенное время в условленном месте. Сначала автовзводовцы не хотели верить, что командир "закладывает" их. Но потом это нашлось устное подтверждение.
Наш "годок", писарь секретного делопроизводства части, ефрейтор Юра Завгородний случайно услышал разговор замполита с начальником штаба. Замполит, смеясь рассказал коллеге, как Овсиенко "разводит" на пьянки своих подчиненных, а потом докладывает ему о предстоящем застолье. Ну а он выявляет нарушителей.
Однако начштаба, старый служака, участник Великой Отечественной войны, не разделил юмор замполита, заявив ему, что терпеть не может стукачей. Вскоре новость о происках комвзвода стала достоянием всей части. И больше никто на его удочку не попадался. Автовзводовцы, как и все, выпивали, конечно. Но втихую, чтобы Овсиенко об этом не знал.
Однако издеваться над своими подчиненными тот не перестал. Кое-кто из его "годков" предупреждал ретивого командира: мол, смотри, домой, на "дембель" вместе поедем, как бы чего не вышло… На что Овсиенко с усмешкой отвечал, что он отбудет раньше всех. Причем, день его отъезда держался командованием части в тайне от личного состава.
Однако, как гласит пословица, все тайное становится явным. Тот же штабист Юра Завгородний узнал, что для Овсиенко куплен железнодорожный билет на второе августа. А следующая группа из 10 человек отправлялась только через неделю после его отъезда.

Кисточка с кислотой

Автовзводовцы поначалу заскучали, но потом вдруг засуетились. За день до отъезда Овсиенко ко мне художнику части подошли двое дембелей из его взвода.
- Слушай, одолжи нам кисть, - попросил один из них.
- Для чего? Большую или маленькую? Плоскую или круглую? - поинтересовался я.
- Да, поменьше, и какую тебе не жалко, - ответил один из дембелей. Я протянул ему старую акварельную кисть.
- Можешь не возвращать. Что рисовать-то собираетесь?
- Да, так, ерунду всякую, - замялся парень.
И только вечером я догадался для чего предназначалась моя кисть…
Перед отбоем Овсиенко решил еще раз проверить как на нем сидит новый дембельский мундир со старшинскими погонами (он один из всех "срочников" батальона получил такое звание!) с начищенными до блеска пуговицами и воинскими знаками.
Комвзвода сунул руки в рукава кителя и…остолбенел. Оба суконных рукава мягко расползлись по швам. Та же история случилась с брюками. Как мне рассказали в этот вечер, кисть у меня взяли для того, чтобы промазать швы на его мундире кислотой.
В бешенстве комвзвода полез в нижнюю полку своего шкафчика, где стояли приготовленные им на "дембель" сапоги: не кирзовые и не яловые, как тогда у всех солдат срочной службы, а хромовые офицерские. Но увы! Вместо них он увидел два каких-то старых, скособоченных "кирзача", причем явно разного размера.
Красный от гнева несчастный Овсиенко бросился в штаб части к своему другу-замполиту. Но тот уже ушел домой. Из всего батальона в своем кабинете одиноко как сыч сидел начальник штаба, у которого семьи не было, и домой он не торопился.

"В чем ходишь, в том и поедешь!"

Выслушав сбивчивую тираду комвзвода, справедливый вояка вынул изо рта сигарету и спросил его:
- Я что за твоим обмундированием еще следить должен?! Гимнастёрка есть и сапоги, в которых ходишь - вот в этом завтра и поедешь домой. Ничего страшного - мы с войны тоже не все в мундирах возвращались.
И встал из-за стола, показывая, что разговор окончен.
Расстроенный Овсиенко попытался экспроприировать новый мундир, подходящий ему по размеру, у салаги - солдата первого года службы. Даже деньги предлагал. Но тот не согласился на реализацию казенного имущества.
- Я что за ваши деньги новый мундир на базаре куплю, что ли? – ответил он командиру.
Весь автовзвод поддержал рядового.
…Так и поехал домой демобилизованный комвзвода в своей старенькой гимнастерке, на которую перецепил воинские знаки с испорченного кителя. Одинокий, оплеванный и отторгнутый всеми. В общем, достучался…
Фамилии изменены автором
Лента новостей
0