"Перчатка смерти" и кипящее масло: как криминалисты Казахстана восстанавливают отпечатки

АСТАНА, 20 ноя — Sputnik. Как по отпечаткам пальцев определить, кем был человек при жизни? Меняются ли наши папиллярные линии с возрастом? Можно ли навсегда сжечь эти опознавательные линии на пальцах? Как Россия изменила криминалистику в Казахстане? Об этом и многом другом Sputnik Казахстан рассказали криминалисты столичного управления полиции района "Сарыарка" и судебно-медицинский эксперт Аманкельды Макажанов.

Папиллярные линии на пальцах – это своего рода биологический ID. Они появляются еще в утробе матери, на третьем месяце ее беременности, и сопровождают нас до конца жизни. На планете свыше 8 млрд человек, но отпечатка пальцев, идентичного вашим пальцам, нет, уверяют специалисты. Второго такого же рисунка не найти даже у близнецов.

С возрастом отпечатки не стираются, не исчезают и не перерисовываются заново. Единственное, что может изменить узор, – это ожог, химический или термический. По словам специалистов, в криминальных хрониках прошлого века были случаи, когда преступники пытались "исчезнуть", выжигая себе подушечки пальцев. Но эффект оказывался обратным: следы оставались, просто становились еще более индивидуальными. И именно отпечатки изуродованных пальцев часто и выводили преступников на чистую воду.

Сейчас с помощью пальцев мы разблокируем смартфоны, подтверждаем переводы в банках, заводим машины и проходим паспортные контроли. Идея использовать отпечатки пальцев появилась еще в XIX веке. Британский астроном Уильям Гершель, работая в Индии, столкнулся с интересным фактом: местные жители охотно подписывались под каждой бумагой, однако выполнять обещанное они не спешили. Тогда он и ввел новую практику – ставить рядом с подписью и отпечаток пальца, а вот он для индийцев был священным. Обмануть такой договор считалось куда серьезнее, потому обязательства вскоре стали соблюдаться.

Этот же метод перенимали и преступные группировки: главари заставляли "подписывать" кровные договоры именно отпечатком. В случае смерти или измены след мог стать уликой. Да и подходил этот формат как безграмотным, там грамотным людям.

Раньше у людей было убеждение, что на седьмой день после смерти линии с пальцев исчезают сами по себе, так сказать, "подтверждая" смерть их обладателя. Но вопреки мнениям многих, рисунок на коже сохраняется. Более того, как объяснил судебно-медицинский эксперт Макажанов, он может рассказать о человеке куда больше, чем мы думаем на самом деле.

Изучает отпечатки целая наука – дактилоскопия. Без нее в криминалистике никуда, поскольку именно отпечатки позволяют быстрее всего идентифицировать неопознанное тело - вернуть ему имя. И если смерть наступила недавно, то процедура упрощается в разы.

Для начала криминалисты заполняют дактокарту, это своего рода "паспорт" для отпечатков. На пальцы наносят черную краску, откатывают каждый по очереди, затем снимки переносят в базу. Как пояснили специалисты, если человек хоть раз проходил дактилоскопию – как мигрант, свидетель или подозреваемый, система выдаст результат в считанные секунды.

Но так бывает не всегда. Иногда тело в таком состоянии, что считать отпечатки привычным способом невозможно – кожа сильно повреждена или началось разложение. Тогда эксперты концентрируются на визуальном осмотре кистей. Старые травмы, ампутации, татуировки, родинки, даже форма ногтей. Фиксируется все.

Сталкиваются криминалисты и с так называемой "перчаткой смерти". Когда тело долгое время находится в воде или в сырой среде, верхний слой кожи, эпидермис, разбухает, обесцвечивается и может сойти с руки целиком, и выглядит он как резиновая перчатка.

Эпидермис аккуратно снимают, надевают на палец криминалиста, наносят краску и откатывают отпечатки.

Если даже эпидермиса не осталось, эксперты переходят к дерме – более глубокому слою кожи. Как рассказали криминалисты, в этом случае отрезанные фаланги погружают в кипяток или кипящее масло: ткани размягчаются и становятся пригодными для работы. Потом фалангу сушат, красят и пробуют снять отпечаток. При этом в документах обязательно указывается, с какого слоя кожи получен результат.

При мумификации все еще сложнее. Кожа усыхает, твердеет, а пальцы сжимаются, становятся деревянными. В таком состоянии откатать отпечаток невозможно. Поэтому криминалисты подкачивают фалангу жидкостью, чаще всего это обычная вода. Шприц аккуратно вводят сбоку, чтобы ткань расправилась, вернулась к прежней форме. После этого можно пробовать снять отпечатки.

Составляется дактокарта в два набора: основной и контрольный, в который идут самые удачные отпечатки. Иногда восстановить удается не все десять пальцев, но и нескольких читаемых рисунков бывает достаточно, чтобы установить личность.

Сушить кожу у мертвого человека тоже нужно четко и правильно. Ее можно запросто пересушить, тогда рисунок попросту схлопнется, и какая-нибудь деталь уйдет. Раньше криминалисты пользовались самым обычным феном для волос. Они включали его на слабый режим и аккуратно обдували кожу: так она оставалась читаемой.

Проводят подобные процедуры исключительно в морге – там криминалистам помогают судебно-медицинские эксперты. Они, в отличие от первых, имеют медицинское образование. Сколько времени занимает такая процедура? Иногда – полдня, а иногда – день и больше.

"Это кропотливая работа, и долгая, и нудная. За один раз провести ее не получится, раз 10–15 надо пробовать, чтобы восстановить (отпечатки - Sputnik)", - отмечает Макажанов.

В лабораториях сохраняют копии: сканы, фото, дактилоскопические карточки. Когда нужный рисунок с пальцев мертвого человека наконец удается получить, его сканируют или переносят на бумажный носитель, и дальше – в базу данных.

Кожу возвращают обратно в судебно-медицинскую службу. Вещественные доказательства не раздают, не забирают "на память" и не передают третьим лицам. Всё строго по протоколу, уверяет врач. В большинстве случаев фрагмент уходит на захоронение вместе с телом.

Разлагаться тела начинают сразу после смерти человека. Правда, поначалу этого не видно. Внутри запускается аутолиз: клетки начинают переваривать сами себя. Потом подключаются бактерии, и тут процесс становится заметнее: тело вздувается, темнеет, появляется запах. Скорость разложения напрямую зависит от окружающей среды: температуры, влажности, воздуха и наличия насекомых.

Лето. При жаре выше 20 градусов Цельсия тело может начать гнить уже через 24 часа. Через 3-5 дней наступает активная фаза с резким запахом и массой насекомых. Полное разложение может занять два месяца.

Зима. Мороз работает как естественный холодильник. Тело может пролежать недели, а то и месяцы без серьезных изменений, пока не станет теплее. Среди криминалистов тела, которые были скрыты сугробами, но обнаруживаются весной, неофициально называются "подснежники".

Осень и весна. В этот период температура в среднем составляет +10 градусов. Первые признаки разложения появляются в течение 2-5 дней. Активная стадия наступает к 5-10-му дню, но полное разложение может растянуться на месяцы.

Процесс скелетирования также напрямую зависит от погодных условий. Летом он займет от 1,5 до 3 месяцев. Весной и осенью – до полугода, а при зимней температуре – год и дольше.

В начале 2000-х в Казахстан пришла система автоматического распознавания отпечатков – АДИС "Папиллон". Родом разработка из Челябинской области, для криминалистов тех лет она стала настоящей революцией. Специалистов отправляли на обучение в Россию, Беларусь, Польшу, Турцию.

До "Папиллона" отпечатки снимали по старинке: краска, бумага, фотоаппарат, лупа да фен. Большую роль играл ручной труд, зависящий от опыта и терпения. С появлением системы все упростилось – отпечаток сразу оцифровывается, и база за секунды ищет совпадения.