Сначала бегал из детдома, потом - на марафоны: история первого казахстанского Ironman

Великий казахстанский марафонец, в одиночку пробежавший все крупнейшие пустыни земли, собирается написать книгу, где поделится фактами из своей насыщенной событиями жизни
Подписывайтесь на Sputnik в Дзен

НУР-СУЛТАН, 12 ноя – Sputnik, Артур Шишига. Семикратный рекордсмен книги Гиннесса Марат Жыланбаев в эксклюзивном интервью корреспонденту Sputnik Казахстан рассказал о своем детстве, рисовании и соревнованиях Ironman.

- Марат Толегенович, что вы помните из своего детства?

- Детство плохо помню. Больше помню уже время из детдома, где я прожил с 1 по 8 классы. Я часто убегал оттуда, старался там не находиться. До сих пор поддерживаю связь с учителями: мой первый педагог в Германии сейчас живет, с другими учителями тоже встречался. Все помнят, что я часто убегал и много рисовал. Одна учительница рассказывает, что я всегда кормил собак. Она меня ругала, что я свое мясо отдавал собакам.

В целом, есть хорошие и есть плохие воспоминания, но это школа жизни, которую мне нужно было пройти. Это очень сильный психологический барьер, многие там просто не выдерживают.

- Надолго сбегали из детдома?

- Да, я сбегал и на несколько дней, бывало, на месяц, на три месяца уезжал. Иногда меня находили и насильно возвращали, иногда я сам возвращался, когда становилось сильно холодно. Чаще всего ловила милиция, определяла в детский приемник, оттуда - обратно в детдом.

Сначала бегал из детдома, потом - на марафоны: история первого казахстанского Ironman

- Что бы вы сказали детям, которые сейчас живут в детдомах?

- Сейчас уже не те времена. Не по 20 кроватей в одной комнате, а по двое или четверо живут. Воспитатель для детей - как родная мама, хотя, я считаю, баловать их тоже плохо. Мы проводили соревнования в детдомах, многие дарят подарки детям, потом они эти подарки выкидывают.

У нас много малоимущих семей, которые живут гораздо хуже, чем детдомовские. Хотя я сам детдомовский, по идее, должен их защищать, но сейчас я говорю, как есть. В любом случае, сейчас лучше, чем раньше.

- Вы в советское время рисовали и продавали картины за границу. Сейчас удается рисовать?

- В 80-х годах я продавал картины за границу, даже некоторые художники просили, чтобы я продавал их полотна тоже. Если мне нравилась работа, я ее подписывал и продавал за рубеж. Автор картины, конечно, имел долю с продажи.

Почему я это делал? Многие мои картины не пускали на выставку, потому что советская власть считала их "неправильными". Например, у меня была картина "Слезы Арала", ее не пропустила цензура, потому что восприняли как критику. Была еще работа "Открытие поселка Солнечный", ее не пропустили тоже, потому что я рисовал то, что видел: 400 метров труб ГРЭС, люди в противогазах, кошки, собаки.

Сначала бегал из детдома, потом - на марафоны: история первого казахстанского Ironman

Еще я написал картину "Общий психоз": по телевидению в 80-х годах показывали Кашпировского, Чумака с банками воды, я это и нарисовал - людей, которые смотрели и верили этой лжи. Для меня это тогда был очень большой шок. Эту мою картину тоже не пустили никуда. Когда я решил заняться серьезно бегом, я просто бросил рисовать. Сейчас уже не рисую. Для этого нужно вдохновение.

Казахстанец Александр Винокуров стал чемпионом мира Ironman

- Вы установили семь рекордов, занесенных в книгу рекордов Гиннесса. Какой вам дался сложнее всего?

- Самый тяжелый рекорд – это бег по пустыне, поэтому его до сих пор никто не побил, в отличие от остальных моих рекордов. Хотя один китаец пробовал. Меня даже пригласили в Китай, я его обучал, но у него не получилось. Правда, мне мало заплатили: насколько заплатили, настолько я и обучил. Там нужная особая техника. Песок – самое тяжелое покрытие для бега, особенно бархан.

Сначала бегал из детдома, потом - на марафоны: история первого казахстанского Ironman

- У вас есть особенная методика бега. Можете немного о ней рассказать?

- Методик в мире существует много. Я не говорю, что моя методика идеальная. Кто хочет по ней тренироваться, записывается ко мне в группу. В Нур-Султане сейчас больше 1 300 человек, в Алматы тоже есть группы. Эти люди, кто пришел ко мне, никогда не бегали.

Я считаю, если человек может ходить, я научу его бегать. Люди разного возраста: и 30, и 60 лет у меня занимаются, через короткое время занятий они спокойно бегут 10 километров.

- В детстве вы не любили бег. Говорят, особенную роль в том, что вы начали бегать, сыграл ваш первый тренер из клуба "Марафон".

- Ребенком я не любил бег, и сегодня стараюсь детей не тренировать, потому что он им тяжело дается. Дети могут много бегать за мячиком или с какой-то целью, но просто наматывать большие дистанции, чаще всего, они не выдерживают. Это физически тяжело и нудно.

Когда ко мне сейчас приходят дети, я сразу спрашиваю: "Кто тебя заставил?" Как правило, его отец или мама отправили ко мне.

Любовь к бегу нужно прививать. Ко мне записываются уже взрослые люди, которые понимают, что здоровье нужно зарабатывать. Бег – самый доступный вид спорта, можно бегать везде и в любую погоду. Взрослых своих учеников я приучаю любить бег и получать от него удовольствие. Когда вы бегаете, можно обдумать все свои дела, все переживания и проблемы решить, прочистить мозги. Во время бега очень важно слушать себя изнутри. Самое идеальное - бег с утра, так вы зарядитесь на весь день. Неслучайно американские президенты и многие артисты занимаются бегом.

Ironman: травмированная бегунья ползла до финиша на коленях

- Вы бегаете босиком. Почему?

- Целый год я бегал босиком. У меня есть кумир – Абебе Бикила, один из первых африканцев, кто начал бежать марафон. Благодаря ему сейчас бегут кенийцы и другие африканцы. Он на Олимпиаде пробежал босиком. Это не было запланировано, просто не оказалось обуви его размера. Над ним все смеялись, а он босиком пробежал и занял первое место.

Восхитившись его примером, я год бегал босиком, чтобы понять технику бега. Я пробежал 13 официальных марафонов, после них меня всегда просили показать пятки. Они всегда были черные, но никаких проблем со здоровьем ступней никогда не было.

- Вы - первый казахский Ironman. Имеете ли сейчас какое-то отношение к этому движению?

- Да, я стал Ironman в 1992 году, когда еще никто у нас даже не знал слова такого. В 2013 году Муратхан Токмади позвонил мне и предложил: "Марат, ты первый Ironman, давай организуем в Казахстане федерацию триатлона". Я согласился, он стал президентом федерации, я – вице-президентом. Мы провели много соревнований в Боровом, в Алматы, почти все за свой счет или за деньги участников. Мы раскрутили этот бренд, подняли его.

Дальше уже Айдын Рахимбаев подхватил. Он купил франшизу Ironman и сделал так, что соревнования проходят впервые в СНГ именно в Казахстане.

Иногда я бегу с кем-то короткие дистанции. В этом году вместе с акимом столицы Алтаем Кульгиновым пробежали 10 километров. Потому что, когда бежит аким – это пример для других. Я всегда присоединяюсь к таким мероприятиям. А так я больше как амбассадор - приезжаю на награждение, а самому выступать уже неинтересно.

Экстремальный заплыв – казахстанец переплыл Иссык-Куль

- Почему вы бросали бег?

- С 1995 года я 17 лет не бегал. Мы готовились в то время к кругосветке, подали заявку в книгу рекордов Гиннесса, была собрана команда. Правительство пообещало, что я побегу вокруг Земли, обещания давались на протяжении нескольких лет. В итоге я не побежал, потому что мне отказали в спонсорстве.

Тем не менее, на протяжении нескольких лет готовился, держал себя в форме, а потом просто бросил бег на 17 лет. Стал диванным спортсменом. Когда набрал вес, стал бегать для себя. Потом перебрался в Астану (сейчас Нур-Султан), где различные компании стали просить, чтобы я тренировал их. Потом начались марафоны, Ironman, и я решил, что буду тренировать.

- Не так давно кенийский бегун Элиуд Кипчоге установил неофициальный рекорд в марафоне (12 октября 2019 года пробежал марафон в Вене с результатом 1:59:40. Поскольку данный забег не был открытым соревнованием, данный результат не зарегистрирован в качестве официального мирового рекорда). Как вы к нему относитесь?

- Кипчоге - красавчик. Знал заранее, что его мировой рекорд не будет зачтен. Думаю, он понимает: чтобы выйти из двух часов, нужны идеальные условия – хорошие погода, соперники, ровное место и отличная форма. Он сделал шоу, поднял планку, теперь просто ее нужно повторить на официальном уровне.

Алмазные Леди: казахстанки победили на соревнованиях IRONMAN в Китае

- Любите ли вы другие виды спорта, кроме бега?

- Я занимаюсь виндсерфингом. Игровые виды спорта я не люблю. Иногда смотрю биатлон, лыжные гонки, потому что они захватывающие.

- Чем занимаются ваши дети? Присутствует ли бег в их жизни?

- Все мои дети бегают, иногда ультра-марафон, иногда марафон, но как любители, просто для здоровья. Иногда мы все вместе участвуем в любительских соревнованиях.

- Какое у вас любимое кино?

- Трудно сказать. Я люблю и документальное кино, и просто исторические фильмы. Это как с книгами: бывает, ты читаешь просто души, бывает, читаешь для знания или биографии людей для мотивации. В последнее время читаю нужные мне книги, если мне неинтересно, то не дочитываю книгу.

- Какую любите музыку?

- Больше клубную музыку.

- У вас очень насыщенная биография. Не думали завести свой блог?

- Я напишу книгу. Хочу, чтобы в следующем году она вышла. Сейчас я иногда что-то пишу в Сеть: веду Facebook, в том году завел Instagram. На данный момент собираю воспоминания: со многими одноклассниками, сослуживцами, тренерами тех времен общаюсь, записываю то, что они помнят. Думаю, все это войдет в книгу.

Сначала бегал из детдома, потом - на марафоны: история первого казахстанского Ironman

- Что для вас счастье?

- Я считаю себя счастливым, не на 100 процентов, конечно. У меня хорошая семья, отличная работа. Всегда работал там, где я хотел. Работа мне приносила деньги. Поэтому я счастливый человек.

- Вы боитесь смерти?

- Я не религиозный человек, не боюсь смерти. Придет и придет. Старость и смерть для меня естественные понятия. Хотите жить лучше – надо пахать здесь и сейчас.

Почему триатлон мегапопулярен в Казахстане